В цитате из «Повести временных лет» рассказывается, как византийский император хотел жениться на княгине Ольге, а та настояла, что сначала должна креститься, а потом отказалась выходить за него замуж, так как теперь приходится императору крестной дочерью, а такие браки запрещены церковью. И по кресщении призва ю цесарь и рече ей: «Хощю тя поняти женѣ». Она же рече: «Како мя хощеши поняти, а крѣстивъ мя самъ и нарекъ мя дщерь? А въ крестьянѣхъ того нѣсть закона, а ты самъ вѣси». И рече цесарь: «Переклюка мя, Олга». После крещения призвал ее цесарь и сказал ей: «Хочу взять тебя в жены». Она же ответила: «Как ты хочешь взять меня, когда сам крестил меня и назвал дочерью? А у христиан не разрешается это — ты сам знаешь». И сказал ей цесарь: «Перехитрила ты меня, Ольга». Вопрос касался употребленного в тексте глагола «переклюкати» и состоял в том, один и тот же глагол клюкать означал в древнерусском «хитрить, обманывать», а в современном русском «пить алкоголь» или же это два глагола разного происхождения. Если мы обратимся к «Этимологическому словарю славянских языков», то обнаружим, что потомки праславянского глагола *kl'ukati в разных славянских языках очень широкий набор значений. В комментарии говорится, что в этом глаголе совпали производные от двух разных корней. Клюкати в значениях 'загибать крючком', 'ходить горбясь', 'приседать', 'ронять голову, задремав', 'хромать, ходить на клюках' и 'обманывать, хитрить' восходит к слову *kl'uka, эти значения объединяет идея кривизны, изгиба. А тот же глагол в значениях 'жалить', 'рубить', 'стучать, ударять', 'клевать' образован от глагола *klьvati 'клевать', точнее от его основы настоящего времени kl'u-. В дальнейшем эти глаголы смешиваются, например в словаре Даля одно из значений клюкать 'клевать или бить клюкой'. Значение 'пить алкоголь', 'становиться пьяным' у русских глаголов клюкать, наклюкаться возникает позднее вследствие распространенного семантического перехода 'бить, ударять' > 'пить (чаще об алкоголе)', также как в случаях типа «вдарить / тяпнуть по рюмочке» и прочих. Аналогичные вещи происходят с глаголами «бить, ударять» в эрзянском и турецком языках, а также в языке коми.